Фатима Мовламлы пишет: «Свобода – год спустя»

Фатима Мовламлы

Журналистка Фатима Мовламлы, арестованная по «делу Meydan TV», написала текст из Бакинского следственного изолятора, приуроченный к годовщине её ареста. Представляем текст в оригинальном виде:

«Конец февраля 2025 года. Только что началась вторая волна арестов по «делу Meydan TV». Мое имя упоминается в заказных статьях проправительственных медиа (APA, Report, Baku TV и др.), меня называют контрабандисткой, членом преступной группировки. Все ясно: настала моя очередь.

Я хорошо помню свои последние дни на свободе: я работала изо всех сил, стараясь не только не оставлять сегодняшние дела на завтра, но и делать завтрашние дела сегодня. "Времени мало, подготовь еще один репортаж" — эту фразу я повторяла себе чаще всего в те дни. Каждый репортаж мог стать последним.

Наконец, утром 28 февраля я достигла ментальной границы своей свободы — меня арестовали. События развивались стремительно: оперативники в черных масках окружают тебя, без объяснений надевают наручники, организуют постановочный обыск, подбрасывают деньги под подушку, на следующий день суд, "марионетка" в мантии выполняет заказ — и вот, ты за решеткой…

Когда я вспоминаю день задержания и ночь в ИВС (изоляторе временного содержания), мне приходят на ум слова Нельсона Манделы, писавшего о своем аресте: "По крайней мере, сегодня я не буду беспокоиться о том, найдет ли меня полиция. Они меня уже нашли". Это действительно было так. После ареста я почувствовала себя так, будто вышла на свободу. Потому что долгое время я жила в напряжении, строя свои ежедневные планы с учетом вероятности ареста.

Сегодня прошел ровно год с того времени. Последний год я нахожусь в Бакинском следственном изоляторе. Должна сказать, что с первого же дня моего пребывания здесь всем стало ясно одно: я свободна духом. Арест и изоляция не кажутся мне настолько ужасными событиями, чтобы испортить мне настроение. Многие в СИЗО — и сотрудники, и заключенные — часто спрашивают: почему у тебя всегда такое хорошее настроение? Сейчас у меня нет возможности заглянуть в Google и проверить, использовала ли я это выражение раньше, но ответ всегда один: я сама выбрала этот арест и сопутствующие ему лишения. Находясь на свободе, при каждой новости об аресте очередного журналиста я прекрасно осознавала, что делаю еще один шаг к железным решеткам. Взамен я с еще большим рвением отдавалась работе, стараясь делать все, что в моих силах. Именно любовь к профессии, верность принципам и преданность делу, которые для меня превыше всего, ускорили мой арест. Искренне заявляю: я ни о чем не жалею и не разочарована. Настолько, что сегодня, когда исполняется первый год моего заключения, если кто-то скажет по этому случаю «желаю еще много таких лет», я с улыбкой отвечу «аминь».

Мое единственное желание — быть частью борьбы за освобождение независимой прессы от оков, вносить в это свой вклад, доносить правду до людей. Если ради этого мне пришлось на время разлучиться с домом, семьей и, в конечном счете, со свободой — я на это согласна.

Даже после ареста моя вера в будущее, в доброе будущее, не угасла. Я знаю, что тьма ночи — это предвестник грядущего рассвета. Нужно просто знать, что за темнотой есть свет, верить в него и гнать отчаяние за семь деревень. Как сказано в одном из стихотворений Саадат Джахангир:

"В эти засушливые сезоны,

Где еще не зазеленели деревья свободы,

Не думайте, что дождевые облака исчезли,

Потому что наши губы потрескались от жажды,

Небо не ушло под землю.

Горизонты все еще синие, луна жива,

Звезды в целости и сохранности.

И знайте, что из ваших рук, израненных железными кандалами,

Исколотых горькими шипами,

Во имя человечества

Будет построена страна — цветущий сад".

Фатима Мовламлы

Бакинский следственный изолятор