Глобальная энергетическая ситуация: Иран и будущее нефти

Недавний конфликт между США, Израилем и Ираном оказал серьезное влияние на мировую энергетику, вызвав резкий рост цен на нефть и газ. После ударов американских и израильских сил по Тегерану и Бейруту, а также ответных действий Ирана, волатильность рынка достигла максимума за последние месяцы. Цена на нефть марки Brent выросла более чем на 13% при открытии рынков 2 марта, остановившись на отметке около 80 долларов за баррель — это почти 10-процентный рост за неделю.

Основной причиной этого является нестабильная ситуация в Ормузском проливе. Через этот водный путь проходит почти 20% мировой нефти и газа, поэтому любая угроза ему затрагивает весь мир. Иранские официальные лица пригрозили закрыть пролив, что уже ограничило движение судов. Многие танкеры ожидают в более безопасных зонах. Эксперты предупреждают, что если пролив будет полностью заблокирован или конфликт затянется, цены на нефть могут легко превысить 100 долларов.

Проблема касается не только нефти. Мировые цены на природный газ подскочили почти на 50% после того, как компания Qatar Energy заявила о прекращении производства СПГ из-за ударов по перерабатывающим заводам. Это влияет как на нефтяной, так и на газовый секторы, что может замедлить восстановление мировой экономики и вызвать опасения по поводу инфляции на Западе.

Однако некоторые факторы могут предотвратить полный крах рынка. ОПЕК+ недавно приняла решение увеличить добычу в апреле, но запланированные 206 000 баррелей в сутки — это незначительный объем по сравнению с мировым спросом.

Действия крупных импортеров, таких как Китай и Индия, могут помочь снизить некоторые риски. Ожидается, что Китай, крупнейший в мире импортер, сократит закупки в ближайшие месяцы из-за роста цен, что может снизить спрос. Индия, напротив, сосредоточена на энергетической безопасности и, вероятно, продолжит закупать ресурсы у России, несмотря на давление со стороны Запада.

Несмотря на важность Ормузского пролива, это не единственный путь выхода из Персидского залива. Трубопровод «Восток-Запад» в Саудовской Аравии и обходные маршруты ОАЭ в совокупности могут перекачивать почти 7 миллионов баррелей в сутки. Это не может полностью заменить объемы, проходящие через пролив, но является важным резервом, предотвращающим тотальный дефицит энергии.

Для соседних стран, таких как Азербайджан, эта ситуация носит неоднозначный характер. Высокие цены на энергоносители могут временно увеличить государственные доходы, но возникают проблемы с логистикой. Азербайджан использует иранскую инфраструктуру, например, порт Бендер-Аббас, для торговли с Китаем. Затяжная война может нарушить импорт доступных материалов, что потребует от Азербайджана оперативного поиска новых торговых партнеров.

Конфликт достиг переломного момента после сообщений о смерти Верховного лидера Ирана Али Хаменеи и ряда высокопоставленных военачальников. Администрация Трампа заявляет, что её целью является уничтожение военных и ядерных объектов, а не смена режима. Однако внутренняя стабильность Ирана остается под большим вопросом.

Бывший директор ЦРУ Дэвид Петреус полагает, что потеря руководства может вызвать раскол внутри страны. Иранский риал потерял 99% своей стоимости с 1979 года, а уровень бедности растет. Некоторые полагают, что представители вооруженных сил или правительства могут увидеть в этом шанс изменить курс и выйти из изоляции. Но в отсутствие явного преемника или сильной оппозиции будущее Ирана — и важнейшего энергетического маршрута планеты — остается неопределенным.