Заключенный Активист Заявляет о Насилии в Тюрьме

Тарлан Саядов

Тарлан Саядов, член Движения «Мусульманское единство», отбывающий в настоящее время тюремный срок, сообщил об инцидентах жестокого обращения. Согласно информации, распространенной Движением «Мусульманское единство» в Facebook, Саядов утверждает, что его поместили в одиночную камеру (карцер) и подвергли физическому насилию.

Подробности предполагаемого насилия над Саядовым стали известны во время телефонного разговора с его семьей 10 декабря. Во время разговора Саядов объяснил, что, по его мнению, он стал мишенью из-за своей веры. Он заявил, что предполагаемое избиение и последующее помещение в карцер произошли 28 ноября, в тот же день, когда он прибыл в Закрытую Тюрьму Умбаки.

Саядов утверждает, что инцидент возник из-за просьбы о предоставлении молитвенного коврика, известного также как саджада. Как набожному мусульманину, Саядову нужно чистое место для совершения ежедневных молитв. Он привез свой собственный молитвенный коврик в тюрьму Умбаки, но не смог найти его после помещения в карантин.

«Здесь территория не чистая, поэтому я попросил молитвенный коврик, – как сообщается, сказал Саядов своей семье. – Я привез свой собственный, когда приехал, но его не было со мной в карантинной зоне. Я сказал надзирателю, что не могу молиться в нечистом месте, и они ответили неуважительно».

Саядов утверждает, что затем ситуация обострилась. «Пришла группа сотрудников тюрьмы и обвинила меня в нарушении внутренних правил тюрьмы и неуважении к сотруднику, – сказал он. – Затем они сообщили мне, что я буду помещен в одиночную камеру на двенадцать дней».

Тарлан Саядов в настоящее время отбывает трехлетний срок по обвинению в преступлениях, связанных с наркотиками, приговор по которым был вынесен 23 июля 2025 года. До этого инцидента, 4 ноября, он был переведен из Исправительного Учреждения № 13 в Закрытую Тюрьму Умбаки. Тюремные чиновники заявили, что перевод был связан с нарушением Саядовым внутренних правил. Он должен был оставаться в тюрьме Умбаки в течение шести месяцев. Эти обвинения вызывают обеспокоенность по поводу обращения с заключенными и защиты их религиозных прав в пенитенциарной системе Азербайджана. Важно отметить, что подробности внутренних правил, которые Саядов предположительно нарушил, не были предоставлены. Это оставляет место для домыслов. Не зная точного характера нарушения, трудно оценить истинный контекст его перевода в тюрьму и последующего предполагаемого жестокого обращения. В дальнейшем правозащитные организации и другие стороны, вероятно, продолжат следить за ситуацией Саядова, а также за другими подобными случаями, чтобы гарантировать, что со всеми заключенными обращаются справедливо и гуманно, независимо от их обвинений или религиозных убеждений. Важно помнить о влиянии условий заключения на физическое и психическое здоровье человека. Заключенные сильно зависят от персонала тюрьмы в плане ухода, и события, о которых сообщает Саядов, могут иметь дальнейшие последствия для здоровья.